Дети-смертники: как в Афганистане вербуют несовершеннолетних

Фото: https://archive.defense.gov

Все имена в этом тексте вымышленные – это просто популярные афганские имена. Журналисты беседовали только с теми мальчиками-террористами, кто дал на это свое согласие. При беседе присутствовали представитель министерства и воспитатель.

Организация «Талибан» запрещена на территории России.

Кабул. Афганистан. На тюремном полу сидит четырнадцатилетний мальчик. Неожиданно он начинает петь высоким красивым голосом. Это поэма на восточно-иранском языке пушту. Словами поэмы мальчик обращается к своей семье, умоляет не навещать его в мусульманский праздник:

И не приходите к нам на праздник, мы не свободны, чтобы поприветствовать вас Я не хочу, чтобы вы смотрели на мою грудь, потому что на моей рубашке нет пуговиц И не приходите в это убежище, потому что все мы здесь сумасшедшие

Его зовут Муслим, он один из 47 мальчиков, которых держат в Бадам Баг — центре для несовершеннолетних, чьи действия стали угрозой национальной безопасности. Большая часть детей находятся здесь по обвинению в размещении, перевозке или ношению взрывных устройств. Многих, в их числе Муслима, обвинили в попытке стать террористами-смертниками.Никто из родственников не навестил Муслима на праздник и прошлым летом. «Они злы на меня, — говорит Муслим. – Я не виню их».

У властей нет готового решения, как поступать с такими детьми. Что делать, когда срок их заключения – от двух до десяти лет – подойдет к концу. Многие из них выйдут на волю как раз к своему совершеннолетию, и будут представлять еще большую опасность.

Иллюстрация: Инфо24

Мальчикам, которые содержатся в крыле террористов-смертников, от 12 до 17 лет. Некоторые уже были осуждены и отбывают наказание, другие – только ждут суда. Но все они утверждают одно и то же: в «крыле смертников», которое расположено на третьем этаже Бадам Баг, на самом деле нет ни одного настоящего террориста.

Муслим, мальчик родом из провинции Кунар на востоке Афганистана, утверждает, что был обычным новобранцем у талибов.

«Я не смертник», — утверждает он, – Талибы заставили меня воевать на своей стороне».Но затем он с ухмылкой добавляет: «В тюрьме все врут».

Радикальное исламистское движение «Талибан» (запрещена на территории России) пришло к власти в Афганистане в 1996 году и установило законы шариата: под запретом оказались телевидение и музыка, мужчин обязали носить бороды, а женщин – паранджу, повсеместно проводились публичные казни. При поддержке США в 2001 году режим был свергнут. С 2003 года Верховный Суд России признал «Талибан» террористической организацией.

Согласно докладу Генерального Секретаря ООН Совету Безопасности от 2014 года, движение «Талибан» вербует детей, чтобы привлечь к установке и изготовлению бомб, а также для других целей, включая сексуальное рабство. Серьезную обеспокоенность вызывает практика «бача-бази», в рамках которой мужчины, обладающие высоким статусом, используют детей в качестве сексуальных рабов.

Объектами нападения нередко являются государственные школы, которые нарушают законы шариата, больницы и поликлиники. Движение «Талибан» похищает, пытает и казнит детей, а также торгует подготовленными смертниками.

Иллюстрация: Инфо24

Руки Муслима покрыты глубокими порезами. Надзиратель утверждает, что Муслим сам нанес их себе. На его голове – синяки от ударов об стену. Муслим не отрицает, что сам покалечил себя, он объясняет, что испытывал сильный стресс.

Его семья ни разу не навестила его в тюрьме, где он находится уже 20 месяцев. Ему осталось сидеть еще два года – это приговор за попытку террористической атаки.

Шакур, высокий 14-летний подросток из провинции Кундуз, находится в тюрьме всего неделю. На его голове и руках до сих пор порезы и синяки – рядом с ним взорвалось взрывное устройство. Он утверждает, что с ним был кто-то еще, именно он бросил бомбу и сбежал.

В провинции Кундуз талибы все чаще используют медресе или исламские религиозные школы для организации военной подготовки детей от 13 до 17 лет.

Несмотря на заявления талибов, которые утверждают, что привлекают только боевиков, достигших «умственной и физической зрелости» и не используют «мальчиков без бород» в военных операциях, многие завербованные дети были моложе 13 лет.

Вербовка детей моложе 15 лет, согласно международному праву, является военным преступлением.

Талибы вербуют и обучают детей на всех возрастных этапах, начиная с шести лет. По словам родственников, к 13 годам такие мальчики владеют всеми военными навыками, включая использование огнестрельного оружия, а также производство и развертывание самодельных взрывных устройств. После обучения учителя знакомят детей с конкретными группами талибов в нужном районе.

Иллюстрация: Инфо24

Поскольку талибы начинают воспитание детей с раннего возраста, их сложно переубедить. Как правило, для вербовки даже не применяют силу. Однако родители, которые пытаются забрать своих детей, не могут этого сделать.

Медресе привлекают множество бедных семей, потому что Талибан берет на себя расходы по воспитанию, обеспечивает детей едой и одеждой. В некоторых случаях боевики предлагают семьям деньги.

«Вербовку и использование детей в военных целях, в том числе в Афганистане, нужно рассматривать в контексте бедности, отсутствия возможностей, доступа к образованию и занятости, а также общей несостоятельности правительства», — говорит Чару Лата Хогг, директор по политике и защите правозащитной группы Child Soldiers International.

Аминулла, (ему тоже 14 лет), находится в тюрьме 16 месяцев. Примерно год назад его поймали с сумкой, в которой было полно взрывчатки и телефон с приказами убить американцев.

«Местная полиция избивала меня, пока я не признался», — утверждает он. 16-летний Атикулла сидит в тюрьме уже семь месяцев. Он взорвал бомбу, в результате погибли шесть человек, а восемь получили ранения. Полиция утверждает, что он выжил только потому, что бомба взорвалась раньше времени. В тюрьме у него появилась первая бородка.

Иллюстрация: Инфо24

«Да, я взорвал бомбу», — говорит он. «Но я не смертник». Мохаммад Аман Риазат, представитель министерства юстиции, который организовал эти интервью, опровергает подобные заявления. «В тюрьме все невиновны», — говорит он. «Многие из этих мальчиков — террористы-смертники».

Помимо смертников в Бадам-Баге содержатся также 700 других детей. Они никак не пересекаются. До 2017 года Бадам-Баг был женской тюрьмой, иногда с ними находились очень маленькие дети, но теперь это место заключения несовершеннолетних.

«Мы не можем держать этих детей вместе с другими заключенными, в противном случае они заразят своими экстремистскими идеями остальных», — говорит Абдул Басер Анвар, министр юстиции Афганистана. «Те сядут в тюрьму ворами, а выйдут на свободу террористами-смертниками».

Теракты с участием смертников в Афганистане происходят постоянно. Например, в 2017 году в стране было совершено не менее 67 терактов-самоубийств, в которых участвовал 151 человек.

Считается, что в прошлом году подобных терактов было еще больше, потому что афганские последователи «Исламского государства» (запрещена в России) также стали использовать смертников. Но большинство таких терактов по-прежнему совершаются именно талибами.

Собрать статистические данные о том, сколько детей было среди террористов-смертников, очень сложно. Как правило, после теракта остается немного судебно-медицинских доказательств. Однако, как полагают, именно мальчики или юноши чаще всего становятся смертниками. Женщин-смертниц в Афганистане немного, чаще террористы под них маскируются).

Иллюстрация: Инфо24

В афганских тюрьмах детей-смертников гораздо больше, чем взрослых. Возможно, это связано с тем, что взрослым чаще удается на самом деле себя убить.

Большинство несовершеннолетних экстремистов в Бадам-Баге утверждают, что воспитатели убедили их отказаться от поддержки талибов и перейти на сторону афганского правительства. Но тюремщики не относятся к таким заявлениям серьезно. В 2011 году Хамид Карзай, на тот момент президент Афганистана, помиловал 24 мальчиков в возрасте от 8 до 18 лет, которых обвиняли в планировании или попытке совершения терактов. Он встретился с мальчиками еще до их освобождения и выразил глубокие соболезнования в связи с тем, что талибы насильно навязали им свою идеологию.

Карзай назвал их «невинными детьми, которых спровоцировали враги Афганистана». Но не прошло и года, как одного из них, десятилетнего Насибуллу, снова арестовали. Представители Национального управления безопасности заявили, что он готовил второй теракт с использованием пояса шахида.

На пресс-конференции после своего ареста Насибулла снова выразил сожаление и попросил освободить его. Он обещал не возвращаться в медресе, где он дважды проходил подготовку. Почти все мальчики, арестованные как террористы-смертники, обучались в медресе, консервативных религиозных школах, которые зачастую являются центрами вербовки и воспитания будущих смертников.

Больше на свободу Насибулла не вышел. В Бадам-Баге его тоже нет. Чиновники министерства юстиции говорят, что ничего не знают о его судьбе.

Правительство лишь частично контролирует регионы Афганистана, где местное население находится во власти талибов или ИГИЛ. Боевики требуют с жителей непомерные подати, а в качестве альтернативы предлагают отдать одного или нескольких детей. По словам профессора Блума, соавтора книги «Стрелковое оружие: дети и террор», по сути один ребенок приносится в жертву ради благополучия семьи. Самим детям также увеличивают компенсации. Если раньше это были мобильный телефон и пистолет, а также определенный статус перед ровесниками, то теперь это могут быть и реальные деньги.

«Детям говорят, что если они станут мучениками, то не почувствуют боли в момент смерти», — рассказывает Блум, – «Их даже хоронят заживо, а потом выкапывают, чтобы они привыкали к идее, будто восстанут из мертвых. В них стреляют резиновыми пулями, чтобы показать, что они непобедимы».

Министр юстиции отмечает, что приговоры в отношении детей-смертников зачастую довольно мягкие, но в то же время средств на психологическую поддержку и консультации таких заключенных недостаточно. В результате переориентировать смертников и отвлечь от идей экстремизма не представляется возможным.

«Большинство из них после освобождения возвращаются к борьбе с правительством», — говорит он.

Афганское разведывательное управление предложило оставлять потенциальных смертников в тюрьме на неопределенный срок. Суды отвергли такую идею.

Шестнадцатилетний Атикулла, как и Муслим, тоже поет стихотворение на языке пушту. Он выучил его в тюрьме. Элегия одновременно оплакивает и восхваляет тех, кто находится в заключении:

Наши цепи – это уроки, которые нам нужно извлечь Солнце светит и раскрывают секреты нашего мира Цепи прекрасны, они созданы Богом Цепи на наших руках причиняют нам боль Но шрамы на наших руках учат нас.

По статистике Child Soldiers International, с 2012 года использование детей в вооруженных конфликтах по всему миру выросло более чем в два раза. Рост вовлеченности детей составил около 159%. Подтверждены почти 30 тысяч случаев вербовки в 17 странах.

Согласно отчету за 2018 год количество девочек среди детей-террористов составило 893. Вероятно, их число даже выше, так как в основном девочек используют вдалеке от линии фронта.

Детей вербуют не только в Афганистане, но и в Сомали, Южном Судане, ДР Конго, Центральноафриканской Республике. Мальчиков и девочек используют как бойцов, на контрольно-пропускных пунктах, в качестве информаторов, для разграбления деревень, в качестве домашних и сексуальных рабов.

Иллюстрация: Инфо24

Данные отчета также показывают увеличение сексуального насилия на 40%. Эти данные к сожалению далеки от фактических: в реальности цифры гораздо больше.

Неизвестно, сколько детей в настоящее время воюет в Афганистане. ООН говорит о вербовке 556 мальчиков и четырех девочек с сентября 2010 по декабрь 2014 год. Но ООН опасается, что и эти цифры сильно занижены.

«Вербовка детей – одно из самых ужасных нарушений прав человека нашего времени. Крайне важно, чтобы мир не закрывал глаза на эту проблему, чтобы местные и международные ресурсы объединялись», — говорит Изабель Гитар, директор по международном развитию Child Soldiers International.

«Реинтеграция бывших детей-солдат в общины – это долгий и кропотливый труд, требующий широкой поддержки со стороны международного сообщества.», — комментирует Вирджиния Габма, специальный представитель Генерального секретаря ООН по вопросу о детях и вооруженных конфликтах.

Текст: Кристина Гундлах

Новости партнеров