Тайная участница "молебна" Pussy Riot дала первое интервью

Московская электронщица Диана Буркот впервые рассказала журналистам о своем участии в "панк-молебне" группы Pussy Riot. Три участницы этой акции в Храме Христа Спасителя в свое время получили уголовные сроки.

Девушка дала интервью изданию Wonderzine через 7 с лишним лет после скандального выступления в храме. Акция состоялась 21 февраля 2012 года, в марте того же года трех ее участниц — Надежду Толоконникову, Марию Алехину и Екатерину Самуцевич задержали. Суд спустя несколько месяцев приговорил всех троих девушек к двум годам реального срока за хулиганство.

Процесс по делу Pussy Riot стал одним из самых громких дел за несколько лет. В октябре 2012 года приговор Самуцевич в апелляции заменили на условный, а Алехиной и Толоконниковой оставили без изменения. Обеих девушек освободили по амнистии в конце 2013 года.

Диана Буркот, участвовавшая в панк-молебне, решила рассказать о своей роли в скандальной акции только в 2020 году. Девушка считает, что ее уже не привлекут к уголовной ответственности, поскольку ее "подельниц" давно амнистировали.

По словам Дианы, она помогала группе записывать музыку на репетиционной точке, где занималась сама, но не участвовала в написании текстов для композиций Pussy Riot. По приглашению Самуцевич и Толоконниковой она поучаствовала в первом широко известном выступлении группы — на Красной площади.

"Я присоединилась к группе при подготовке к акции на Красной площади. Пришли девчонки — мы записали песню «Как в красной тюрьме»", — рассказывает она.

К акции в Храме Христа Спасителя участницы группы "очень долго готовились", репетируя свое выступление "чуть ли не три раза в неделю". Диана во время этой акции действовала в группе под псевдонимом "Кот", но псевдонимами девушки периодически обменивались.

"В храме мы ошивались довольно долго. Это должно было смешно выглядеть со стороны. Девочки в цветных колготках десять или пятнадцать минут ходят из угла в угол, рассматривают иконы [...] «Ворвались» мы очень неожиданно, я сделала это одной из последних, последней была Маша, запрыгнула на амвон. Был какой-то неловкий момент, когда то ли охрана, то ли сотрудники храма хватали девчонок и уводили с амвона. Когда меня взяли в первый раз, я в принципе не сопротивлялась [...] просто вернулась обратно и стала там кричать невпопад, музыки уже не было. Я была в красном платье на одно плечо. И, по-моему, на мне были ярко-синие колготки", — вспоминает Диана.

После акции, когда участницам группы пришлось скрываться от правоохранительных органов, Буркот решила прятаться "отдельно" и не пошла на оговоренную встречу с Толоконниковой и Алехиной. После акции на Лобном месте у полиции были ее настоящие паспортные данные, однако Диана утверждает, что ею силовики не интересовались.

В течение следующего года девушка опасалась преследования и пыталась "дистанцироваться" от группы — в частности она не приходила на акции поддержки арестованных подруг. Те, в свою очередь, хранили тайну о ее личности до тех пор, пока Буркот не решила сама ее раскрыть.

"Меня никто не выдавал, мое имя не произносили вслух", — отмечает она.

Об участии Дианы в панк-молебне знала и часть ее окружения, однако имиджевых очков это девушке не добавляло. "Моя среда — люди, с которыми я играла музыку, — почему-то очень негативно относилась к Pussy Riot. Друзья убеждали меня, что это дикий зашквар, об этом никому нельзя рассказывать, надо держаться от всего этого подальше. Было очень много негатива", — объясняет она свое длительное молчание.

Сейчас читают