Скажите: «Сыр!»
В августе 2014 года в ответ на санкции США и ЕС после присоединения Крыма Россия запретила ввоз продуктов из Европы и других стран. Как чувствуют себя отечественный рынок и российские потребители спустя четыре года без пармезана
Весной 2014 года, после присоединения Крыма и начала войны в Донбассе, Евросоюз, США и другие западные страны начали вводить санкции против России.

В ответ на ограничения для российского бизнеса в августе 2014 года Владимир Путин ввел запрет на ввоз популярных продуктов питания. В «черном списке» импортеров оказались США, Канада, Евросоюз, Австралия, Норвегия, Албания, Черногория, Исландия и Лихтенштейн. Позже в «бан-лист» попала Украина.

С 1 ноября 2016 года к списку добавилась соль, а через год эмбарго распространилось на живых свиней и субпродукты.

В 2017 году на фоне обострения отношений с Турцией под запрет попали некоторые товары из этой страны: овощи, фрукты, мясо кур и индеек. Правда, уже через год этот запрет был снят.
Война с гусями
Следить за тем, чтобы санкционные продукты не попали в страну, поручено сразу нескольким ведомствам: Таможенной службе, Роспотребнадзору и Россельхознадзору.

Согласно президентскому указу, продукты, попавшие под эмбарго, подлежат немедленному уничтожению на границе — фактически их приравнивают к контрабанде.
«Санкционная продукция растительного происхождения уничтожается механически, животного – в специализированных печах», – рассказыают в Россельхознадзоре. Это, правда, не объясняет, почему в репортажах российского ТВ сыр (то есть «животный» продукт) давят бульдозером и закапывают в землю.

Механическое уничтожение происходит с помощью тракторов. Фрукты и овощи просто измельчают и закатывают в землю. С животной продукцией сложнее: она может стать источником инфекций, поэтому ее сжигают в специальных печах.

На большинстве пропускных пунктов в России стоят такие печи. На некоторых КПП используются мобильные «крематории», переезжающие по необходимости от одного пункта к другому. В общей сложности в России порядка 400 пропускных пунктов.
260 000 тонн
санкционной продукции уничтожено с августа 2015 года
Борьба с санкционными продуктами ведется не только на границах, но и на рынках, и в магазинах. Большой сетевой бизнес торговать санкционкой, конечно, не рискует, а вот на рынках и в небольших частных магазинах встретить ее вполне возможно.

«С момента введения запрета были проверены более 150 тысяч объектов, были изъяты из оборота и уничтожены 650 тонн продукции, из которых больше 90% – это овощи», –рассказывала глава Роспотребнадзора Анна Попова в мае 2018 года.

Вот, например, как в поселке Апастово Республики Татарстан расправились с тремя санкционными тушками венгерских гусей:
В СМИ периодически появляется информация об аресте на рынках крупных партий «санкционки». Так, в мае нынешнего года на Сытном рынке в Петербурге сотрудники таможни и управления Россельхознадзора изъяли 148 кг санкционных сыров и масла из Финляндии, Дании и Голландии.

Вернувшись на рынок в августе, таможенники снова обнаружили «санкционку» на прилавках и изъяли еще десять килограммов. На нарушения им указали сами посетители рынка. На московском Дорогомиловском рынке Россельхознадзор в августе также обнаружил более 360 килограммов сыров из Германии, Италии, Франции, Нидерландов, Чехии, Польши, Литвы и Украины.

За продажу таких товаров физическим лицам грозит штраф от полутора до двух тысяч рублей. Для должностных и юридических лиц штраф будет побольше – до четырех и до сорока тысяч рублей соответственно.

Однако участники рынка отмечают, что доходы от продажи санкционной продукции перекрывают издержки на штрафы, потому что спрос на европейский сыр был, есть и будет.
Разрешенный хамон
Встречая иногда на полках магазинов продукты из стран Евросоюза, покупатели задаются вопросом, а не ослабили ли санкции? Однако на самом деле в законе просто есть оговорки, позволяющие некоторым европейским странам ввозить в Россию свои продукты.

Никакими антисанкциями, например, не запрещен к ввозу испанский сыровяленый окорок – хамон. Касается это и некоторых видов молочной продукции.

«Финское молоко на прилавках магазинов можно встретить потому, что продукты для лечебного диабетического питания не ограничены к ввозу. Это исключение сделано потому, что в России таких продуктов не производят в достаточном объеме», – пояснили Инфо24 в Национальном союзе производителей молока.
Кроме того, такие бренды как Valio, Danone, Arla, Lactalis (торговые марки President, Galbani и др), Pieno Zvaigzdes (производитель сыра «Сваля») имеют заводы в России. Поэтому их продукция попадает на прилавки с маркировкой «Произведено в России». А с 2014 года некоторые из них даже решили расширить свое присутствие в России.

Так Pieno Zvaigzdes планирует к 2019 году создать в Подмосковье целый сырный кластер. Компания рассчитывает обеспечивать Московский регион 12 тысячами тонн сыров в год. Valio, которая до введения эмбарго была главным поставщиком сыра на российский рынок, в два раза увеличила производительность собственного завода, а также заключила контракт с российской компанией «Галактика», на чьих мощностях стала выпускать свою продукцию. Также поступила и Arla, заключившая контракт с российским холдингом «Молвест».

Но, несмотря на все старания, достичь досанкционного уровня продаж компаниям все же не удалось. К примеру, чистая выручка Valio в России в год введения санкций сократилась на 35%. За следующие годы эти потери удалось частично компенсировать, но лидерские позиции на российском молочном рынке Valio утратила.

«На российских полках впервые за долгие годы стали доминировать отечественные продукты питания, а поставки импортного продовольствия сократились почти в два раза», — отчитывался в 2017 году министр сельского хозяйства России Александр Ткачев.
«Запрещенка» из-под полы
Несмотря на борьбу с запрещенной продукцией, у россиян все еще есть способы побаловать себя санкционными товарами. Один из них – привезти их с собой из заграничной поездки. По закону, каждый гражданин имеет право провезти до 5 кг продуктов растительного и животного происхождения. Путешествующие с детьми (считаются даже грудные младенцы) могут «записать» по 5 кг на каждого ребенка.

Опытные путешественники утверждают, что можно провезти и больше: пассажиров, идущих в аэропорту по «зеленому коридору», досматривают выборочно, а определить «на глаз», сколько именно килограммов сыра везет с собой человек, довольно трудно.

То же касается поездок на машине. На таможне легковые автомобили особенно не досматривают, а личные вещи не взвешивают, так что отличить пять килограммов сыра от восьми почти невозможно.

Если на границе все-таки зафиксируют небольшое превышение лимита, то нарушителю грозит штраф в размере 2 тысяч рублей по статье 16.3 КоАП. Но если таможенник заподозрит, что вы собираетесь торговать этими продуктами, могут начаться проблемы.

Такой товар по закону считается контрабандой. Его обязаны изъять, арестовать и уничтожить. Правда, таможне сначала придется доказать, что вы действительно везли сыр на продажу, а не на подарки друзьям и родным.
Вспомнить вкус европейских продуктов все еще можно в ресторанах класса «люкс». Некоторые рестораторы, пожелавшие остаться неизвестными, рассказали Инфо24, что просто «не могли себе позволить снижать качество блюд, приправляя их российским пармезаном». Поэтому они закупают запрещенные продукты у особенных поставщиков.

В некоторых местах «санкционку» в ресторан привозит сотрудник, занимающийся закупками продуктов. Отправляясь за границу, он покупает продукты небольшими партиями.
В других ресторанах настоящий итальянский пармезан можно не только попробовать в составе блюд, но и купить кусок с собой. Владелец одного из подмосковных ресторанов итальянской кухни поясняет, что сыр покупают «у российских поставщиков, которые его привозят сюда, несмотря на запрет».

«У нас и других [владельцев кафе] есть несколько поставщиков. И мы все у них закупаемся. В основном, твердыми сырами и колбасами. Мягкий сыр, творожный, например, покупаем у российских производителей», – поясняет ресторатор.

На вопрос, как именно можно провести запрещенный товар через границу, мужчина предполагает, что «через связи на границе с Украиной и другими сопредельными государствами»

Контролировать этот сектор Таможенной службе и Роспотребнадзору пока сложно. Устраивать рейды они могут только по жалобам граждан.

В первые годы после введения санкций заказать попавшие под запрет продукты можно было через интернет. Сначала Федеральная таможенная служба (ФТС) пропускала такие заказы, так как речь шла о небольших партиях для личного потребления. Опомнились в ФТС только через пару лет, запретив работу таких онлайн-магазинов.

Самый простой и легальный способ – съездить за продуктами самостоятельно. В приграничных городах (например, Санкт-Петербурге, Смоленске, Пскове и др) даже организуют специальные шоп-туры одного дня.

Для оптового сбыта главный источник санкционных товаров – сопредельные государства, где импорт европейских продуктов не запрещен местными властями. В первую очередь, это Белоруссия – главный партнер России по Таможенному союзу.
Российские чиновники не раз указывали правительству на реэкспорт санкционных товаров из Белоруссии. В сентябре 2016 года замгенпрокурора России Владимир Малиновский обратил внимание, что в 2015 году Белоруссия ввезла в Россию в пять раз больше яблок, чем вырастила. Кроме того, в первые годы после введения санкций на прилавках российских магазинов появились мидии и креветки, «произведенные» в Белоруссии – стране, в которой нет моря.

Однако белорусская сторона заявляет, что активно борется с этим транзитом «санкционки» через свою страну. Так, за эти четыре года сотрудники белорусской таможни не пустили в Россию санкционные товары на сумму в $21 млн.

«По неофициальным данным, с каждого грузовика, везущего санкционную продукцию, белорусские таможенники получают до 5 тысяч евро», – рассказал зампредседателя комитета Совета Федерации РФ по аграрно-продовольственной политике и природопользованию Сергей Лисовский.

В середине июля президент Белоруссии Александр Лукашенко на встрече с председателем Государственного таможенного комитета республики Юрием Сенько заявил, что поставками санкционной продукции в Россию занимается крупный российский бизнес. Он уточнил, что за этими предприятиями стоят «крупные дельцы с тяжелыми погонами».

Кто бы ни стоял за поставками в Россию запрещенных товаров, факт остается фактом: после 2014 года доля Белорусии в поставках молочной продукции выросла в два раза. «Если в 2012-2013 годах на Белоруссию приходилось около 40% импорта, то в 2015-2017 – около 80%», – отметили в Национальном союзе производителей молока.

Однако европейские продукты везут не только через Белоруссию. Запрещенные продукты завозятся и через Украину, и через Финляндию, и через Прибалтику. В этом случае предприниматели прибегают к разным хитростям, объясняет экономист Сергей Елин.

«Товар часто ввозят под видом другого. Коды запрещенных товаров в таможенных декларациях заменяют на коды разрешенных, к примеру, на стройматериалы. Еще могут скорректировать состав. В этом случае даже страну происхождения менять не придется, товар сразу перестанет быть нелегальным», – говорит Елин.

Другой способ – провезти товар транзитом. По документам товар везут в Казахстан, но до конечного пункта он не доходит и остается в России. Перемещение товара по территории РФ отследить крайне сложно, отмечает эксперт.

Для борьбы с подобными схемами российский Минфин в феврале этого года предложил запретить ввоз санкционной продукции даже из стран-партнеров по Евразийскому экономическому союзу (Белоруссии, Казахстана, Армении и Киргизии). В марте законопроект был внесен в Госдуму и пока находится на рассмотрении.
Свое, родное
В том самом Указе Президента РФ № 560, которым были введены санкции, содержалось распоряжение «обеспечить (...) увеличение предложения отечественных товаров». А после комментария министра иностранных дел Сергея Лаврова на свет появилось то самое «импортозамещение».


«Мы занимаемся импортозамещением, структурными реформами – можно назвать это как угодно... Речь идет о том, чтобы наша экономика была самодостаточной... Мы должны делать все, чтобы не зависеть от капризов той или иной группы стран, прежде всего наших западных партнеров»
Сергей Лавров
глава МИД РФ
Еще в 2012 году была принята программа развития сельского хозяйства. Она предусматривала большие дотации в этот сектор (в общей сложности 2,1 трлн рублей в течение лет) и ставила целью значительное увеличение производства зерна, картофеля, молока, мяса и других продуктов.

«Когда санкции только начались, спрос на российскую фермерскую продукцию резко подскочил. Сейчас он уже стабилизировался, – рассказывает фермер Ольга Драгунина. – Все еще остается проблема с доставкой и короткими сроками хранения. Крупные сети просят фермеров как-то продлить срок годности, но это означает использование химии, что противоречит нашим принципам. Поэтому проще всего доставить нашу продукцию до потребителя напрямую, например, через ярмарки».

По словам Ольги Харьковской, сыровара из Архангельска, санкции сыграли на руку отечественным фермерам.
«Хоть кто-то в России начал что-то производить, пусть понемногу, но, возможно, это даст и дальнейший толчок к развитию. И люди (я сужу по нашим покупателям) очень хорошо реагируют. Рады, что можно купить местное, пусть даже подороже, но свое, свежее. Страна у нас большая, можно наладить производство качественных продуктов и прокормить себя, а не везти мясо, молочку за тридевять земель»
А премьер-министр Дмитрий Медведев объяснял продление антисанкций в том числе просьбами самих производителей. «Надо это признать абсолютно точно: они быстро сориентировались в новых условиях, сумели занять освободившиеся на рынке ниши», – говорил глава правительства, продлевая эмбарго до 31 декабря 2017 года.

«Инвестиционная привлекательность перерабатывающих отраслей серьезно выросла, в первую очередь это касается сыродельной отрасли. Если первые годы после введения эмбарго было не до конца понятно, насколько долго будут существовать ограничения, то затем инвесторы, почувствовав долгосрочность этой стратегии, начали более охотно идти в сектор, и это заметно в том числе по растущему качеству продукции и расширению ассортимента», – считают в Национальном союзе производителей молока.

В сети ресторанов «Росинтер» (бренды «Иль Патио» и «Планета суши») с этим утверждением согласны. «Надо отметить, что качество мягких российских сыров уже на очень достойном уровне. По твердым сырам есть сложности. Российские аналоги твердых сыров (например, Грана падано) по качеству пока еще заметно уступают аутентичным продуктам. Но в целом можно отметить, что российские производители сыров уже заняли свою нишу и итальянский импорт сыров уже не сможет занять ту долю рынка, которую занимал до введения эмбарго».

Но, конечно, технологии отечественные производители не изобретают сами. В этих вопросах они опираются на опыт тех стран, продукцию которых «замещают». Правда, даже европейская рецептура и зарубежное оборудование не гарантирует успех.

«В своем производстве мы используем как европейские технологии, так и частично европейское оборудование. Однако повторить, например, французские или испанские сыры не получится, хотя бы из-за сырья. Если в Испании например козий сыр нежный, почти без запаха, то у нас козье молоко имеет ярко выраженный привкус, и с этим ничего не поделаешь. Тем не менее, я считаю, что Россия вполне может сама себя обеспечивать и полностью удовлетворить спрос на продукты. Нужно только время», – утверждает фермер Ольга Драгунина.
В пресс-службе сети российских продуктовых магазинов «Азбука вкуса», которая больше других была ориентирована на импортную продукцию, утверждают, что ритейлеру удалось быстро «сменить курс» без больших экономических потерь.

«От санкций в большей степени пострадали импортеры, ориентированные на Западную Европу и другие регионы и страны, попавшие под эмбарго. Мы как ритейлеры переориентировались на другие страны, на российскую продукцию, стали активнее развивать собственную торговую марку, в том числе фермерские товары. Отчасти пострадавшей стороной можно считать покупателей, которые лишились привычных для себя продуктов, а альтернатива их не всегда может устроить по цене или по качеству», – объясняет представитель ритейлера.

После введения санкций экстренно адаптироваться к ситуации пришлось и ресторанам.

«Влияние на прибыль компании оказали не санкции, а сам кризис 2014 года, в результате которого снизилась покупательная способность населения. Если говорить про введение санкций, то компании достаточно быстро сориентировались, хотя, конечно переходный период был, и он был очень непростым», – подчеркивают в «Росинтер».

В компании отмечают, что европейские продукты удалось заменить импортными товарами из других стран.

«Санкции, в основном, коснулись импорта рыбы и мяса, и эти позиции заменили другие страны – Тунис, Чили, при этом российская говядина уже очень широко представлена в ресторанах. Под санкции не попала мука и «Росинтер» продолжает закупать муку в Италии. Большая часть консервированных продуктов, (вяленые томаты, артишоки, оливки, каперсы и пр.), прошутто, хамон, которые также не попали под санкции, закупаются в Италии, как и вина, которые поставляются в рестораны по техническому импорту. Что касается сыров, то, конечно, используются аналоги продуктов от российских производителей, а также производителей из стран СНГ (Белоруссия) и Южной Америки».

Президент Федерации рестораторов и отельеров России Игорь Бухаров в разговоре с Инфо24 рассказал, что не видит никакой трагедии в продуктовом эмбарго.
«Во многом пострадали итальянские рестораны высшей ценовой категории. В подобных заведениях около 90% продуктов поставляли напрямую из Италии. Причем это все продукты базовые - сыр, масло, томаты, мука. Но выход из положения был найден достаточно быстро: российские дистрибьюторы договаривались с компаниями-поставщиками, ввозящими товар из Северной Африки. В Тунисе, Мавритании и Марокко производят, например, отличное оливковое масло. Там развиты те же технологии, что в Италии и во Франции: то же Средиземноморье, только с другой стороны. Еще продукты для приготовления пасты можно ввозить из балканских стран, а вот рыбу нам выгоднее использовать свою: привозить с Сахалина, осваивать Дальний Восток»
Олег Бухаров, президент Федерации рестораторов и отельеров России
По словам Бухарова, бизнес «лихорадило первые два года». «Было много сложностей. Но сейчас многие рестораторы и шеф-повары наладили контакты с малыми фермерскими хозяйствами, с различными производителями, требуют с них то, что нужно им. Фермеры начали производить ту продукцию, которая попала под санкции, стал развиваться отечественный рынок. В этом как раз я и вижу положительный эффект», – добавляет бизнесмен.

Бухаров тут же оговариается, что с качеством продукции по-прежнему существуют сложности. «Есть еще к чему стремиться», – резюмирует ресторатор.

Есть и более радикальные суждения. Например, бизнесмен Герман Стерлигов убежден, что импортозамещение – это замена «одной отравы на другую».

«Крестьянские натуральные продукты находятся вне рынка отравленной фермерской или агрохолдинговой продукции. Из-за рубежа нам не поставлялась натуральная пища. Санкции касались только отравы. Это конкуренция отечественной отравы с отравой зарубежной. Нас это не касается. У нас только натуральная пища», – утверждает Стерлигов.

Некоторые эксперты считают, что фермерский бизнес остался на плаву за счет потребителя. После введения контрсанкций цены на большинство продуктов, попавших под эмбарго, значительно повысились. Так, с 2014 по 2017 год цены на фрукты в среднем выросли на 60%, на рыбу и морепродукты – на 50%, на молочную продукцию – на 38,7%, на мясо – на 24,2%.

«Да, благодаря контрсанкциям российские компании нарастили производство, однако это не привело к снижению цен. Поставщики далеки от социальных мотивов, если нет нормальной конкуренции, они пользуются этим и извлекают прибыль», – отмечает профессор факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ Алексей Портанский.

Кроме собственного производства Россия увеличила и импорт из стран, не попавших под эмбарго. Так мясо стали закупать в Казахстане, Белоруссии, Бразилии, Аргентине, Чили и Тунисе. Сыр ввозят из стран СНГ и Южной Америки. Крупнейшим поставщиком фруктов в Россию, как был до санкций, так и остался Эквадор. А вот Турцию и Польшу в лидерах поставки фруктов на Российский рынок сместили Египет, Молдавия, Азербайджан и Китай.
Санкции навсегда
С момента введения антисанкций различные ведомства выступают с инициативами по ужесточению санкционного законодательства.

Так, в мае 2018 года в Госдуму был внесен законопроект по повышению максимального штрафа за торговлю санкционной продукцией с 2 до 5 тысяч для физических лиц, с 40 до 100 тысяч для юридических и с 4 до 50 тысяч для должностных лиц. С таким предложением Роспотребнадзор выступил еще в феврале прошлого года. Ведомство попросило разрешить ему проводить внеплановые проверки по жалобам граждан.

За полгода до этого, в ноябре 2017 года Минфин и вовсе предложил ввести за продажу «санкционки» уголовную ответственность. Поправки, предложенные ведомством, расширяют статью о контрабанде: так, в случае принятия законопроекта, за импорт в Россию товаров, находящихся под эмбарго, можно будет попасть за решетку на срок от трех до семи лет. А если стоимость товаров превысит 1 млн рублей, то это может стать отягчающим обстоятельством.

Кроме того, в марте 2018 Минфин внес в Госдуму законопроект, запрещающий ввоз в страну некоторых категорий товаров даже из таких стран, как Белоруссия, Казахстан, Армения и Киргизия. Однако пока все эти предложения находятся на стадии обсуждения.

Еще один вопрос, который беспокоит рынок – что будет с российской экономикой, если санкции отменят. «В условиях отмены санкций в Россию хлынет поток дешевых продуктов, которые мы всегда получали из Европы, и комфортные условия для наших производителей исчезнут» – говорит Борис Шмелев, руководитель Центра внешней политики России Института экономики РАН.

Впрочем, высокопоставленные российские политики уверены, что санкции против России, а, как следствие, и контрсанкции, будут действовать долго. «Еще раз вам хочу сказать: мы должны приготовиться к тому, что мы будем жить в условиях санкций неопределенно долго», – говорил премьер-министр Дмитрий Медведев в интервью 2017 года.

Еще дальше пошел бывший вице-премьер Дмитрий Рогозин. На вопрос, надолго ли введены санкции против России в феврале 2018 года он ответил следующее:

«Санкции – навсегда. Это реакция старого матерого врага на наше усиление. И сняты они будут только в случае, если мы снова станем слабыми».
~
© 2018 «Инфо24»
В материале использованы фото:
Пресс-служба Россельхознадзора / ТАСС
Сергей Медведев / ТАСС
Петр Ковалев / ТАСС
Данные соцопроса предоставлены сообществом «Лентач»
В опросе приняли участие 9 326 респондентов. Опрос проводился на странице сообщества «ВКонтакте» с 21 по 24 августа 2018 года
НАД ПРОЕКТОМ РАБОТАЛИ:
Виктория Собко
Алексей Полоротов
Андрей Карев
Ирина Сигова
Анастасия Алдохина
Петр Своекоштный
Даниил Фимин