Не ешь, не думай: как воевали с бессонницей в викторианскую эпоху

Hope Deferred, and Hope and Fears that Kindle Hope / Charles West Cope. Иллюстрация: Touchstones Rochdale Arts & Heritage Centre, UK

«Бессонница — одна из мук нашего времени и поколения». Такую фразу вполне мог бы написать кто-то из нас в соцсетях. Но ее автором был невролог, сэр Уильям Бродбент, и он осознал весь ужас, гнет и опасность бессонницы в далеком 1900 году.

Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) утверждает, что мир охвачен глобальной эпидемией бессонницы, связывая ее с обилием стрессов, переизбытком информации и диктатом гаджетов.

Похожая ситуация — только в иных масштабах — складывалась в викторианскую эпоху, когда на долю людей тоже выпали колоссальные потрясения:

  • промышленная революция,
  • появление сначала газового, а потом и электрического освещения,
  • запуск международной телеграфной сети, позволившей деловым людям обмениваться сообщениями в любое время суток.

К 1860-м годам бессонница и переутомление стали «бичами современности». Общественная обеспокоенность ими зашла настолько далеко, что обе болезни нашли отражение в произведениях культуры.

Викторианские медики настойчиво рекомендовали своим пациентам различные средства для более глубокого сна, небезосновательно предупреждая, что проблемы в этой сфере ни до чего хорошего не доведут.

В 1866 году журнал Spectator называл бессонницу «одной из самых раздражающих сторон современной цивилизованной жизни» и опасной угрозой здоровью человека.

«Любое средство, способное увеличить среднюю продолжительность и повысить качество сна, уменьшит заболеваемость нервными расстройствами, поднимет уровень жизни в больших городах и радикально снизит проявления лунатизма», — говорилось в той статье.

С тех пор мало что изменилось. Нейробиолог Мэтью Уолкер в своей недавно опубликованной книге «Почему мы спим» перечисляет угрозы, которыми бессонница чревата для человеческого здоровья:

  • повышенный риск развития онкологических заболеваний,
  • повышенный риск возникновения инсульта,
  • повышенный риск возникновения сердечной недостаточности,
  • депрессию,
  • появление суицидальных настроений,
  • импульс к ускоренному течению болезни Альцгеймера.

Викторианцы считали бессонницу в своем роде «благородной» болезнью, поскольку были уверены, что ею страдают только люди, испытывающие сильную интеллектуальную нагрузку.

Хотя представители рабочего класса изнурительно трудились по много часов в день и жили в тяжелых бытовых условиях, которые, мягко говоря, не способствовали качественному сну, викторианские медики и ученые попросту игнорировали их проблемы.

Из-за узкого подхода к бессоннице как проблеме интеллектуалов даже возник термин «умственный труд» — и производное от него «человек умственного труда».

Иллюстрация: theschooloflife.com

Неспособность уснуть рассматривалась как следствие чрезмерной активности мозга, который перевозбуждается в течение дня и потом не может «отключиться». Соответственно, бессонницей официально позволялось страдать врачам, юристам, ученым, банкирам или политикам — но не домохозяйкам и уж тем более не бедному люду.

Особое беспокойство у медиков и исследователей вызывало обилие домашних заданий для школьников, которым зачастую приходилось делать уроки ночью, отрывая время от своего сна.

В викторианскую эпоху финансирование школ зависело от академических успехов учащихся — это была так называемая система «оплаты по результатам». Неудивительно, что преподаватели готовы были вообще лишить воспитанников сна, лишь бы те выучили все заданное на дом и отлично сдали экзамены.

«Мать, укладывающая детей спать». Гравюра, XIX в. Источник: UNIVERSAL HISTORY ARCHIVE

Многие врачи призывали отменить эту систему как пагубно влияющую на здоровье подрастающего поколения. В своей работе «Спешка, беспокойство и деньги: проклятие современного образования» (1883) врач из Лидса Приджин Тил выступал против жесткой конкуренции в школах, называя ее «деморализующей» и «мучительной» — причем как для учеников, так и для учителей.

В 1870-х годах появился новый жанр книг «Самопомощь», который потом с годами разовьется в огромный пласт современной инструкционной литературы в стиле «помоги себе сам по совету гуру». Авторы подобных брошюр давали страдающим от бессонницы различные рекомендации по избавлению от нее.

В 1877 году была в ходу книжонка «Болезнь бессонницы», написанная анонимным «священнослужителем, который страдал, но преодолел». Он советует лечить проблемы со сном холодным ваннами и травяными тонизирующими средствами — но ни в коем случае не хлоральгидратом.

Этот препарат появился в Великобритании несколькими годами ранее и широко рекламировался в газетах как эффективное средство от бессонницы.

«Несмотря на многочисленные соблазнительные рекламные объявления, называющие его панацеей, хлоральгидрата надо избегать, как змеиного укуса», — писал одолевший бессонницу анонимный священник.

Chlorali hydras стал одним из первых синтетических снотворных и седативных средств. Простота синтеза и дешевизна производства делали его очень привлекательным для широкого использования.

Хлоральгидрат активно применяли в медицинской практике во второй половине XIX — первой половине ХХ века, пока его не вытеснили другие препараты. Он быстро и мощно действовал, в больших дозах вызывал наркотический эффект, а при длительном применении вызывал сильное привыкание.

Хлоральгидрат быстро стал тем, что называется «препаратом первого ряда», — средством, к которому в первую очередь прибегали при возникновении бессонницы. С ним было связано множество смертей, причиной которых стали передозировки.

Многие известные люди стали жертвами борьбы с бессонницей — например, художник Данте Габриэль Россетти и ученый Джон Тиндалл, которому жена, готовя раствор хлоральгидрата, случайно дала слишком много препарата.

Портрет Данте Габриэля Россетти / Джордж Фредерик Уоттс / Wikimedia.org

Дискуссии о борьбе с бессонницей в медицинской и популярной литературе не утихали. Поразительно, но выводы и советы из викторианской эпохи были поразительно похожи на современные.

Безымянный автор книги «Сон и как его заполучить» советовал:

  • держать чайник под замком и «никогда, ни в коем случае не использовать его поздно ночью»,
  • ежедневные упражнения (или прогулки) на свежем воздухе,
  • проветривание спальни перед сном,
  • жесткие ограничения на употребление чая и кофе,
  • умеренность в еде в целом и особенно по вечерам.

В 1880-х годах началось массовое производство будильников, которые тут же были обвинены медиками (и, конечно, небезосновательно) во вреде сну. Врачи настоятельно советовали пациентам приучать организм к «естественному пробуждению» при восходе солнца — а для этого с вечера раздвигать в спальне шторы.

Иллюстрация: theschooloflife.com

Некоторые из техник засыпания, описанные в викторианских пособиях, предвосхищают современные практики, которые основаны на йоге и других учениях, — например, велят сосредоточиться на дыхании и представлять, как поток воздуха проходит сквозь все тело. Ну или считать овец.

В ХХ веке, когда медицина и наука начали развиваться семимильными шагами и приобрели еще больше влияния, представление о негативном воздействии прогресса на здоровье общества было сочтено «паникерским» и изрядно померкло на долгие годы. Но современные исследования восстановили этот баланс и реабилитировали викторианских врачей с их убежденностью в том, что бессонница калечит и убивает.

Новости партнеров