«У людей есть деньги, и это неприятно». Депутат от Карачаево-Черкесии - о "кавказском" расследовании Навального

21 февраля Алексей Навальный опубликовал расследование о влиятельном карачаево-черкесском клане Каитовых – их уголовных делах, имуществе и родственных связях. Весь день пресс-секретарь главы Карачаево-Черкессии был недоступен, но Инфо24 нашел другого представителя республики, который согласился прокомментировать ситуацию.

Мы пообщались с депутатом Госдумы от «Единой России» и КЧР, членом Центрального штаба ОНФ Михаилом Старшиновым. В конце беседы он согласился подумать о запросе в правоохранительные органы по Каитовым, если для этого "найдется законный повод".

Расследование Навального о Каитовых

В расследовании Навальный рассказывает о ремонте громадного особняка семнадцатилетнего Ансара Каитова – сына черкесского бизнесмена (и зятя экс-президента республики) Али Каитова, отсидевшего за организацию убийства семи человек. При этом, по словам Навального, срок заключения Каитова-старшего был со временем снижен с 17 до 10 лет.

В ролике также идет речь и о дяде Ансара - Магомеде Каитове - и об уголовном деле по поводу хищения 4 млрд рублей из возглавляемой им компании «МРСК Северный Кавказ». По данным ФБК, по этому делу Магомед Каитов провел всего год под арестом.

Отдельная часть расследования посвящена "теплым" отношениям главы Карачаево-Черкесии Рашида Темрезова с представителями семьи, а также дорогим часам самого чиновника, который официально зарабатывает 74 тысяч рублей в месяц.

* * *

- Вы посмотрели расследование семье Каитовых?

Я посмотрел, ну и, собственно, что? Али Каитов с уголовным прошлым – согласен, да, отсидел. Размышления о том, насколько справедлив приговор суда – совсем уже там неконструктивные (Навальный указывает, что осужденный на 17 лет за организацию убийства семи человек Каитов вышел на свободу меньше чем через 10 лет из-за семейных и проч. обстоятельств – прим.ред.).

[Что касается] бывшего главы «Межрегиональной распределительной сетевой компании (МРСК) Северного Кавказа» Магомеда Каитова – судебного решения по нему не было (Журналисты почти не освещали это дело - вот последнее сообщение о нем -, и сведений о приговоре в СМИ не появлялось - прим.ред.). Поэтому информация о том, что в отношении него якобы состоялся какой-то приговор, и он мало просидел и вышел - по-моему, это не соответствует действительности.

Михаил Старшинов. Фото: Сергей Савостьянов / ТАСС

Давать оценку итогам его деятельности на посту энергетического подразделения я не в праве, потому что не обладаю необходимым объемом информацией. Такую оценку должна давать энергетическая компания, и, если нанесен ущерб, то они должны написать заявление, указать сумму ущерба и дать делу законный ход.

- Вопрос в том, насколько доходы Магомеда Каитова могут соответствовать его прежней должности (в МРСК Северного Кавказа)?

Ну это все такое высасывание из пальца. Поверьте, если вот даже ему придется, а, по закону, он не обязан это делать, объяснять, откуда у него что взялось – наверное, он что-то изобретет.

Если бы Навальный это снял про министра внутренних дел Карачаево-Черкессии, я тогда бы понял, ну а здесь что? Да, богатые люди, с уголовным прошлым – да, таких много, и что дальше-то? У людей есть деньги, и, в общем, конечно, это неприятно. Но можно про Чубайса или Миллера то же самое снять – ну они покажут, что представляют коммерческие фирмы и зарабатывают.

- Дело в том, что в материале Навального указывается на связь родственников и занимаемых ими должностей.

Ну каких? Что там у него какой-то дядя или папа бог знает когда занимал пост главного лесника?

- У кого-то - должность в Агентстве лесного хозяйства, у кого-то - в «Карачаевочеркесавтодоре», у кого-то - в полиции КЧР, кто-то работает в прокурауре...

Насколько я понимаю, единственный из них действующий чиновник – тот, кто возглавляет «Карачаевочеркесавтодор», Ахмат Каитов. Остальные – те, кто по много лет не работают.

Ну, в общем, я еще раз хочу сказать, что не вижу здесь чего-то прям такого. Если существуют претензии к тому, как люди оказались на той или иной должности, то существует профильное управление в администрации президента, есть контрольно-надзорные органы, которые следят за тем, чтобы не возникал конфликт интересов.

Если такой конфликт существует, то ситуация должна быть исправлена. Но этому дается оценка до назначения на должность. Просто же обвинять человека, что он не может быть прокурором, потому что он является чьим-то родственником - это уже откровенный перебор.

- То есть повод для депутатского запроса в правоохранительные органы отсутствует?

А что им проверять? Вот придет к вам орган и спросит, а вы не госслужащий и не обязаны заниматься декларированием расходов. Ну это закон. А что к ним-то? Придет налоговый инспектор к товарищу Магомеду Каитову, и что?

Если кому-то надо добиться правосудия, возмездия, расследования – то единственное, как я это вижу, если откинуть всю эту эмоциональную шелуху откинуть про гектары, огромные дома и красивые машины, то я вижу только один путь – заявление в правоохранительные органы со стороны Межрегиональной распределительной сетевой компании Северного Кавказа о причиненном им ущербе со стороны Магомеда Каитова. Но просто прийти и спрашивать, откуда у тебя деньги – это же просто несерьезно.

- То есть вам не кажутся факты о таком материальном достатке подозрительными с учетом занимаемых должностей?

Нет, не кажутся. Послушайте, так можно двинуться рассудком. Если подозревать всех богатых людей, которые еще занимали какие-то должности – ну понимаете, что это как-то ближе к психиатрии, по-моему.

- Нет, не думаю. Если перепроверять всех, то, возможно, федеральному и региональным бюджетам станет легче.

Может быть, но это не моя работа. Это работа прокуратуры, финмониторинга, МВД, ФСБ. Но депутат не является контролирующим надзорным органом.

- Возьмем историю экс-главы Серпуховского района Александра Шестуна. У него после возбуждения дела тут же нашли имущество на 10 млрд рублей и заявили о его изъятии. Почему в данном случае, когда публикуется расследование, пусть и общественного деятеля, о семье Каитовых, такого не происходит?

Ну, это надо вопрос адресовать к следствию.

- То есть вопрос правоохранителям адресовать все-таки надо, правильно?

Не уверен. Получится какой-то формальный ответ о том, что у Шестуна другая статья, Шестуну предъявлено обвинение, и Шестун занимал пост муниципального служащего, и как раз он и должен был писать эти декларации. Ну, это разные совершенно правовые ситуации.

- Формально - да.

А как вы хотите? Чтобы били не по паспорту, а по морде? Если такой логикой руководствоваться, то надо взять все да и поделить. Я понимаю, такое мнение тоже имеет право на жизнь. Но с точки зрения права это все выеденного яйца не стоит.

Если будет доказан ущерб, нанесенный Магомедом Каитовым, и если он не сможет доказать, что его имущество куплено на понятные доходы, тогда оно будет конфисковано. Тем более, пусть и формально, но это имущество не его, а детей, сватьев и кумовьев.

И вас не смущает огромное количество и других примеров? Товарищ Якунин железной дорогой руководил, вы можете с таким же успехом ему эти вопросы адресовать. Но они провисают без ответа вместе со всеми этими шубохранилищами, домами, самолетами и проч. Он возглавлял госкорпорацию по железным дорогам, а Магомед Каитов – по электричеству. И что дальше?

- Естественно, такие вещи в идеальном государстве тоже будут проверяться. Разве нет?

Ну как, проверили или нет, чем-то это закончилось?

- Нет, конечно.

Таких примеров огромное количество. Ну вот у нас бывший мэр Москвы Лужков с женой Батуриной – тоже талантливая женщина, оказалась удачливым предпринимателем. Форбс, список миллиардеров и проч. Видите, как у нее раскрылись таланты. Но никого не смущает что-то.

- Смущает, это тоже неправильно.

А что я должен написать в запросе о Каитовых?

- Ну, например: «Прошу проверить факты расследования Навального» и т.д.

Ну вы пишите, если хотите, изложите мне на бумаге, и я рассмотрю. Но я считаю, что у этого запроса будет совершенно понятный итог. Никакой перспективы не имеет. Пропиариться, чтобы просто поучаствовать в этом – не понимаю, зачем. Повторюсь, с точки зрения закона, этот самый Магомед Каитов не чиновник и ничего не обязан никому объяснять – откуда и что у него появилось.

Вы же меня хотите в сообщники, но я вот, наверное, на эту роль вряд ли сгожусь. Если что-то вы придумаете, как это можно формализовать и какие здесь по сути претензии, неэмоционального характера – пожалуйста, у вас есть мой телефон, звоните. А просто писать запрос о том, что есть товарищ Каитов и у него много денег – это ерунда какая-то.

- А если не с правовой, а с морально-нравственной точки зрения оценивать ситуацию?

Я не считаю себя в праве давать какие-то оценки. Я что, пример нравственного человека для общества? Я себя таковым не считаю и, в общем, наверное, есть люди, которые сделали гораздо больше хороших вещей и гораздо более понятной репутацией для миллионов граждан.

По поводу демонстрации красивой жизни в интернете – я к этому отношусь скептически, и это касается не только Каитова, а вообще. Мне это не очень понятно, зачем демонстрировать самолеты, машины, праздники, когда далеко не все люди живут богато. Но почему мы должны акцентировать внимание только на этой фамилии?

Вы откройте «Инстаграм» – он только этим и наполнен: всевозможные дети и родственники самых известных людей все это демонстрируют. И что тут Каитовы такого особенного сделали, я, честно говоря, не понимаю.

Дела семьи Каитовых

Дело Али Каитова

В ночь с 10 на 11 октября 2004 года депутат республиканского парламента Расул Богатырев и шесть его друзей - Магомед Байчоров, Роберт Герюгов, Шамиль Кубанов, Магомед Узденов, Руслан Узденов, Замир Хапаев – поехали на дачу Али Каитова для обсуждения вопросов, касающихся акции АО «Химическое объединение имени Цахилова».

Али Каитов в 2004 году. Фото: ИТАР-ТАСС

Переход предприятия под контроль клана Каитовых не устроил Богатырева, который до этого занимался реализацией продукции завода. В итоге все семь человек пропали без вести. Позже стало известно, что в эту ночь на даче Каитова в течение получаса была слышна стрельба.

Через десять дней в столице Карачаево-Черкесии около 500 человек захватили здание правительства Карачаево-Черкесии и потребовали отставки президента республики Мустафы Батдыева. Они утверждали, что местные силовики затягивают возбуждение дела по факту пропажи - а фактически убийства - семерых человек.

В ситуацию пришлось вмешаться полномочному представителю президента РФ в Южном федеральном округе Дмитрию Козаку, который пообещал честное разбирательство.

В 2006 году Али Каитов был осужден на 17 лет колонии строгого режима за убийство семи человек. Тогда суд признал его организатором убийства, а двух его охранников — исполнителями. Но уже в 2011 году он вышел на свободу условно-досрочно и возглавил компанию «Комплексные коммунальные системы холдинг».

Дело Магомеда Каитова

Магомед Каитов – дядя Али Каитова. Если верить «Коммерсанту», он считался одним из самых эффективных менеджеров в энергетической отрасли, однако уволился с поста директора «МРСК Северного Кавказа» по собственному желанию в 2011 году, после того, как его деятельность раскритиковал тогдашний вице-премьер Игорь Сечин, курировавший энергетику, а затем и работавший в то время премьер-министром Владимир Путин.

А уже в марте 2012 года следственное управление МВД по СКФО возбудило несколько уголовных дел по факту хищений 30, 150 и 18 млн рублей. По всем делам Каитов проходил как свидетель, однако уже в марте 2013 года было возбуждено уголовное дело совершенно иного масштаба, и Магомед Каитов стал подозреваемым в хищении 4 млрд рублей со счетов своей компании.

В декабре 2013 года он был задержан в Москве и по решению Дорогомиловского суда Москвы арестован на два месяца. Вывод средств, по версии правоохранителей, проходил через ООО «Юрэнергоконсалт», с которым Каитов заключил ряд агентских договоров.

«Юрэнергоконсалт» обязался осуществлять сбор платежей за электроэнергию от потребителей, а также производить расчеты по поручению энергетической компании. Но поступающие на расчетные счета средства направлялись на оплату приобретенной у генерирующих компаний электроэнергии «не в полном объеме» - часть денег уходили на счета фирм в Москве и других городах и инвестировались в ценные бумаги, недвижимость, строительство и животноводство.

В марте 2017 года следователи сообщали, что они все еще собирают информацию по данному уголовному делу.

Сейчас читают