Убивший любовницу историк Соколов впал в истерику на суде: его не назвали по отчеству

Петербургский историк Олег Соколов, обвиняемый в убийстве и расчленении своей 24-летней любовницы-аспирантки Анастасии Ещенко, устроил истерику на очередном заседании суда по его делу.

Сегодняшнее слушание оказалось по-своему уникальным: показания давал тот самый коллега подсудимого Евгений Понасенков, который вот уже много лет является его непримиримым оппонентом.

Соколова взбесило, что во время дачи показаний Понасенков несколько раз назвал его просто "Олегом", без отчества. "Не Олег, а Олег Валерьевич! Я вам не мальчишка!" — вскричал историк.

Это произошло буквально через пару минут после начала выступления свидетеля, и судья сделал Соколову замечание по поводу его поведения.

На одном из предыдущих заседаний историк утверждал, что именно Понасенков виноват в гибели Ещенко. Соколов заявил, что научный оппонент устроил ему жестокую "травлю", посредством которой довел до "тяжелейшего стресса" — и именно в этом состоянии измененного сознания бывший доцент СПбГУ застрелил свою сожительницу.

"Взламывали почту Насти, травили нас, расписывали парадную, угрожали, обещали, что мой труп будет лежать в Неве, сознательно ломали нашу жизнь — как можно в суде цитировать их творчество?" — жаловался Соколов.

Под "цитированием" он подразумевал ссылки на заявления Понасенкова о том, что до Ещенко у Соколова были и другие жертвы — девушки, в отношении которых он применял физическую силу и психологическое давление.

Евгений Понасенков является коллегой и научным оппонентом Соколова. Между ними давно установились враждебные отношения, которые оба ученых не стеснялись выносить на публику. Выступавший на суде в качестве свидетеля доктор исторических наук из СПбГУ Анатолий Смолин охарактеризовал Понасенкова как "дилетанта" и "самоуверенного московского мальчика".

Примечательно, что до этого Соколов пытался обвинить в своем глубоком стрессе саму жертву — Анастасию Ещенко. Он потребовал, чтобы на суде обнародовали их переписку, в которой девушка нецензурно выражалась в его адрес и матерными словами характеризовала его детей и бывшую жену. "Люди смогут понять, что делала пострадавшая. Люди думают, что это чистая невинная девочка!" — пояснял свое требование подсудимый.

По его словам, в переписке Ещенко "употребляла страшные, чудовищные оскорбления" и "писала страшные вещи", а также "оскорбляла" его детей. "То, что она там высказала, то, что она там говорит, — это омерзительно, это гнусно", — жаловался историк.

Впрочем, из той же переписки следовало, что Ещенко вынуждена была уходить из квартиры Соколова всякий раз, когда к нему приходили дети от предыдущего брака или экс-супруга (а происходило это, видимо, довольно часто).

Адвокат, представляющая интересы родственников Анастасии, рассказала на слушании, что Соколов фактически "жил на две семьи", регулярно встречаясь и поддерживая интимные отношения со своей бывшей женой.

Также Соколов заявлял на суде, что журналисты создали ему "жуткий образ", не соответствующий действительности, и тем самым пытаются повлиять на приговор. При этом историк уже которое слушание подряд разговаривает на повышенных тонах, позволяет себе делать судье замечания и нарушает порядок процесса.

Убийство Анастасии Ещенко

  • Доцента СПбГУ Олега Соколова задержали 9 ноября 2019 года на набережной реки Мойки. При нем был рюкзак, в котором нашли отрубленные женские руки. Соколов сознался, что застрелил из обреза свою сожительницу и бывшую студентку, 24-летнюю Анастасию Ещенко. У Соколова и Ещенко были совместные научные работы.
  • Соколов больше суток провел в одной квартире с телом убитой любовницы и даже принимал гостей, спрятав труп. К утру 9 ноября он расчленил тело Ещенко пилой и начал переправлять фрагменты трупа в Мойку.
  • Соколов увлекался реконструкцией и носил мундир Наполеона. Знакомые историка считают, что он отождествлял себя с Наполеоном.
  • Бывшая любовница Соколова, которая также была его студенткой, в 2008 году обращалась в полицию. Она обвиняла историка в связывании, избиении и угрозах изуродовать лицо раскаленным утюгом.

Сейчас читают